Потеряхи

Невероятно худенькая девочка делала вид, что увлечена рисованием. Было

видно, что ее рукам непривычно держать в руках карандаши. Временами

она прикасалась кончиками пальцев к голове, будто поправляя непослушную

прядь, но под рукой шуршал ежик свежеобритых волос.

Девочка тайком поглядывала на людей, суетящихся вокруг видеокамеры, притворяясь, что они абсолютно ей не интересны.

Молодой журналист кивнул оператору. В ответ, тот показал большой палец.

- В эфире очередной выпуск программы «Внимание розыск!». И с вами Владимир Назаров.

Восьмилетняя

Оля была найдена на вокзале. – Камера берет крупный план, показывая

девочку, что-то старательно рисующую. – Она не знает где ее дом. Она не

знает где ее родители. Всех владеющих какой либо информацией, способной

оказать помощь в установлении личности девочки, просьба звонить по

указанным ниже номерам телефонов, или по телефону ноль два. – Оператор

подает знак, что материал отснят.

- Ф-фух – с облегчением вздохнул

репортер. Саш, - позвал он оператора – Вы готовьте следующего, а я пока

перекурю. Не могу я с этими малышами возиться. Виноватым себя чувствую,

да и не по себе как-то. – Проходя мимо Оли, он хотел погладить ее по

голове, но девочка так на него посмотрела, что, Владимир сделал вид,

будто хочет посмотреть ее рисунок. Девочка стремительно бросилась к

исчерканому листку и прижала его к груди...

У двери он обернулся – насупившись, Ольга провожала его тяжелым взглядом.

На

крыльце курил знакомый врач, Володя уже не первый раз наведывался со

своей съемочной группой в этот распределитель, и со многими успел

познакомиться. К тому же с врачом они были одногодками, несколько раз

вместе выпивали – короче, нормальные, приятельские отношения. После

обыденных вопросов о делах, работе и семье, перешли к обычному трепу в

курилке. Забавные происшествия, случившиеся с рассказчиком, родней

рассказчика, знакомыми рассказчики, ну, или на самый крайний случай:

«со знакомым товарища, но ему я верю как себе...». У Володи не шла из

головы девчонка. Начал расспрашивать врача, но тот мало, чем мог помочь.

-

У нас их знаешь сколько проходит. Мы же обычный

приемник-распределитель. Приняли, оформили, проверили, и в детдом.

Одних потеряшек человек пятьдесят, и это только тех, заметь, которые ни

хрена не знают о родителях. Менты естественно стараются, по мере

возможности. Но всему есть предел. Вот недавно была одна, тоже

потеряха, фамилию свою знает, адрес назвала, а когда приехали – никогда

по этому адресу такие не проживали. И малую эту, никто не узнает. Вот и

думай, то ли скрывается, то ли города перепутала, то ли стукнулась

где-то.

А прибавь к этому, еще остальную шушеру, которой тоже

нужно заняться. – Доктор нервно затянулся. – Недавно привели малолеток,

бомжи-бомжами, а ни хрена - у всех родители есть, крыша над головой.

Они блин специально так прикидываются, попрошайничают. Дополнительный

заработок, блин. Наблюдал как-то, идет по улице парочка: мамаша вся из

себя расфуфыренная, а сынок еле ноги волочит. Приглядываюсь – а я,

этого сосунка вчера в сквере видел, надышался клея, и ходил мелочь

стрелял.

Или вечером, пива взял, на скамейке присел расслабиться -

подходят. Малыши лет по двенадцать, я их знаю, они меня знают, души

неприкаянные. Дал я им мелочи, знаю, не пропьют, при мне пошли, молока

купили, хлеба. А один возьми да и ляпни: - Дядь Миш, а хочешь

потрахаться? Недорого. И показывает мне на девчонку, ну, типа той,

которую ты сегодня на камеру снимал. Я думал, что их всех там, на

месте, поубиваю...

А теперь прикинь, сколько больших городов, и

сколько там таких детей? Потеряхи, ящерицы, крысы, шакалы – это же

целая армия. И каждого ненависть сжигает. Ты видел, как они смотрят?

Зимой за канализации до смерти дрались. Собирались в стаи и старых

бомжей забивали насмерть. Абсолютно отсутсвует понятие ценности

человеческой жизни.

Мы проходим мимо, не обращая на них внимания,

они для нас никто, дворняги. И они стали дворнягами, они стали хитрыми,

изворотливыми и опасными. И чем они старше, тем опаснее. Не дай бог

дожить до того дня когда появится кто-то, кого они полюбят, и кому

будут подчиняться....

Скрипнула дверь – Володь ты скоро? Нам еще

один эпизод снять надо, а потом еще смонтировать, времени в обрез. –

Оператор постучал пальцем по наручным часам, показывая, как неумолимо

течет время....

*****

Покачиваясь с пятки на носок,

верховный координатор, любовался ландшафтом. Он был доволен. Приятно

когда все твои выкладки правильны. Приятно когда противник ведет себя в

соответствии с твоими планами.

Им даже ни пришлось особенно

стараться – люди отлично справляются сами. Эмоции… Энергия способная

разрушать или созидать, в космических масштабах. Ненависть и равнодушие

– самое страшное оружие во вселенной. Они убивают исподтишка. Эти

приматы сами шагнули за грань, откуда уже нет спасения. Зачем

завоевывать этот мир, если достаточно немного подождать, и все. Правда,

для этого нужно нечеловеческое терпение…

Ему не привыкать – он ведь, к счастью, не человек…